Памятник жертвам политических репрессий

Памятник жертвам политических репрессий

Памятник жертвам политических репрессий

Санкт-Петербург – один из первых городов, где установили памятник жертвам политических репрессий. Монумент открыт в апреле 1995 года. Находится он напротив печально известных, легендарных «Крестов».

История

«Кресты» — следственный изолятор с одиночными камерами, здания которого в форме двух крестообразных корпусов, сооружены на Арсенальной набережной Невы, на Выборгской стороне.

В советские годы преобладающая часть заключенных в изоляторе – это осужденные по политическим статьям. Ленинград, как город, интеллектуалов и интеллигентов, особенно пострадал от масштабных арестов. В период так называемого «Большого террора», с 1936 по 1938 годы, одиночные камеры «Крестов» площадью около 7 кв. метров были переполнены политзаключенными – вместо одного узника зачастую там содержались 17 человек.

В заключении томились известные отечественные деятели литературы, науки, искусства. В их числе:

  • писатель и историк Лев Гумилев
  • поэт Николай Заболоцкий
  • будущий народный артист, актер Георгий Жженов
  • будущий маршал Советского Союза, комдив, Константин Рокоссовский
  • поэт и драматург Иосиф Бродский

Сейчас камеры изолятора пустуют – в конце 2017 года всех заключенных перевели во вновь выстроенную тюрьму в Колпино.

Именно здесь, на участке Вознесенской набережной, расположенном напротив «Крестов», установили монумент в память тех, кто пострадал от преследования по политическим и идеологическим мотивам

Особенности композиции

Прообразом для создания памятника послужили фигуры сфинксов, установленные на Университетской набережной Невы, которые стали одним из символов Санкт-Петербурга.По аналогии с этой композицией памятник жертвам политических репрессий представляет собой фигуры двух сфинксов, установленные друг напротив друга, на расстоянии нескольких метров.

Одна половина их лиц, со стороны жилых домов – обычный женский облик. Другая же, обращенная к «Крестам» на противоположном берегу — это обнажившиеся кости черепа. Да и в целом фигуры сфинксов словно измождены, видны выпирающие ребра. Высота сфинксов — 1,4 метра, высота постаментов – 1,6.

По периметру гранитного постамента закреплены таблички, на которых — строки из произведений поэтов, пострадавших в свое время от политических гонений:

  • Осипа Мандельштама
  • Николая Гумилева
  • Анны Ахматовой
  • Николая Заболоцкого
  • Иосифа Бродского
  • Александра Солженицына
  • Даниила Андреева
  • Варлама Шаламова
  • Дмитрия Лихачева
  • Юрия Галанскова
  • Владимира Буковского
  • Владимира Высоцкого

Между фигурами сфинксов, на парапете набережной, из гранитных блоков сооружено окно, символизирующее тюремное, с решеткой.

Создатель памятника

Памятник жертвам политических репрессий открыт в апреле 1995 года. Автор памятника — Михаил Шемякин. Известный художник и скульптор, он сам оказался под угрозой уголовного преследования, вследствие чего эмигрировал в 1970-х годах из России во Францию, а затем переехал в Америку.

В работе над памятником также принимали участие архитекторы Вячеслав Бухаев и Анатолий Васильев.

Где находится

Адрес

Центральный район, Воскресенская набережная, дом 10

Метро

Как добраться

Добраться можно и наземным общественным транспортом. Остановка «Проспект Чернышевского» или «Потемкинская улица»:

Крупнейший мемориал жертвам политических репрессий открыли в центре Москвы

Мемориал «Стена скорби» открыли в День памяти жертв политических репрессий в сквере на пересечении Садовой-Спасской улицы и проспекта Академика Сахарова. В торжественной церемонии приняли участие Президент России Владимир Путин, Патриарх Московский и всея Руси Кирилл и Мэр Москвы Сергей Собянин.

«В истории нашей страны, как и в любой другой, немало сложных, противоречивых этапов. О них спорят, обсуждают, предлагают разные подходы для объяснения тех или иных событий. Это естественный процесс познания истории и поиска истины. Но когда речь идет о репрессиях, гибели и страданиях миллионов людей, то достаточно посетить Бутовский полигон, другие братские могилы жертв репрессий, которых немало в России, чтобы понять —​ никаких оправданий этим преступлениям быть не может», — сказал Владимир Путин.

Репрессии стали трагедией для народа, последствия которой мы ощущаем до сих пор. «Наш долг — не допустить забвения», — подчеркнул Президент России. Вместе с Патриархом Кириллом и Сергеем Собяниным он возложил цветы к мемориалу. В этот день к «Стене скорби» пришли около сотни человек, в том числе представители разных конфессий, правозащитники, чиновники.

«Стена скорби» скульптора Георгия Франгуляна стала крупнейшим мемориалом жертвам политических репрессий в России.

Это двусторонний горельеф с несколькими арками, составленный из многочисленных бронзовых человеческих фигур — жертв репрессий. Монумент установлен полукругом на специально подготовленной площадке. В длину он достигает 32 метров, а в высоту — шести.

По обеим сторонам от «Стены скорби» находятся бронзовые листы с текстом, на которых высечено слово «Помни» на языках бывших республик СССР, официальных языках ООН и немецком языке. На самом монументе нет ни цифр, ни имен.

Пространство мемориала облицовано различного вида гранитными плитами, дополняющими образ памятника, а площадь вокруг вымощена черным сланцем из Карелии. Кроме того, мемориал включает композицию «Плачущие скалы», расположенную за бронзовым горельефом. В ее основании — природные камни из 58 российских регионов, от Соловков до Колымы, связанных с историей репрессий. Там же высажены 10 голубых елей.

Перед стеной установлены семь гранитных столбов с прожекторами, лучи которых направлены в небо. По задумке скульптора свет прожекторов олицетворяет души погибших. В ночные часы монумент освещается специальными лампами с мягким желтым свечением.

После монтажа самого монумента было проведено благоустройство сквера — по проекту автора памятника. Общая площадь благоустройства составила 0,54 гектара. В сквере выполнен ремонт лестниц, установлена архитектурно-художественная подсветка.

Создание мемориала финансировалось за счет частных пожертвований, собранных Фондом увековечения памяти жертв политических репрессий, и столичного бюджета. Город обеспечил необходимую работу по проведению конкурса и организации строительства мемориала.

Общественная инициатива по возведению в Москве мемориала жертвам политических репрессий была поддержана Президентом России еще в 2015 году (указ от 30 сентября 2015 года № 487). Тогда же Музей истории ГУЛАГа провел открытый конкурс на создание лучшего проекта монумента. Всего было подано 336 заявок.

Лучшую из работ выбирало жюри, в состав которого вошли деятели культуры и представители общественных организаций. Среди них — правозащитники Людмила Алексеева, Алексей Симонов, Алла Гербер и Арсений Рогинский, писатель Даниил Гранин, член Совета Федерации Владимир Лукин, президент Фонда Солженицына Наталия Солженицына, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, кинорежиссеры Станислав Говорухин, Павел Лунгин, Владимир Бортко, Сергей Мирошниченко и другие.

Экспертную помощь жюри оказывали руководитель Департамента культуры Москвы Александр Кибовский, главный архитектор столицы Сергей Кузнецов, председатели комиссий Мосгордумы по монументальному искусству и культуре Лев Лаврёнов и Евгений Герасимов, президент Союза архитекторов России Андрей Боков, ректор МАРХИ Дмитрий Швидковский и другие специалисты.

Стена скорби. В Москве откроют памятник жертвам политических репрессий

 Гребень террора «расчесал» страну до большой крови.

«Просветы в стене — гребень, который кого-то пропустил, но на самом деле затронул всех нас, — говорит автор памятника скульптор Георгий Франгулян. — Слово «помни» написано на разных языках, примерно так, как оно могло быть написано на стенах лагерного барака. Форма монумента должна донести до зрителя само ощущение «рыка террора», скрежетание зла». Стену откроют 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, в 80-летие Большого террора.

Читайте также  Памятники в Варшаве

Что мы знаем о ГУЛАГе?

«Часть документов по-преж­нему недосягаема, у нас нет полной информации обо всех обстоятельст­вах репрессий, — рассказал «АиФ» руководитель Фонда Памяти, директор Музея истории ГУЛАГа Роман Романов. — Но основной массив документов, дающих представление о ГУЛАГе, масштабах репрессий, Большом терроре, его послед­ствиях, открыт и изучен». Описано 476 лагерных комплексов. С 1930 по 1956 г. через лагеря, колонии, тюрьмы прошло 20 млн человек, по политмотивам — 5,5 млн, расстреляно за время правления Сталина не менее миллиона, из них 682 тыс. — за полтора года Большого террора.

Никита Хрущёв выступает на ХХ съезде КПСС.

«Достоверно известно о централизованном характере репрессий, — говорит Романов. — «Расстрельные списки» чиновников, офицеров, партийцев, обычных граждан в годы Большого террора формировал НКВД, затем члены Политбюро во главе со Сталиным их подписывали — 383 списка на 44 тыс. человек — и отправляли в Военную коллегию Верховного суда СССР. В регионы спускались «лимиты» на аресты «врагов народа», из регионов обратной волной приходили запросы на увеличение лимитов. Всё это сопровождалось доносами и выбиванием показаний о контрреволюционных группах и заговорах. Чем глобальнее заговор, тем лучше отчётность. Сейчас в проекте «Мой ГУЛАГ» мы собираем свидетельства очевидцев тех событий и их родственников».

Память нужна для здоровья общества

Среди жертв репрессий — конструктор космической техники Сергей Королёв, легендарный учёный Дмитрий Лихачёв, певица Лидия Русланова, авиаконструктор Андрей Туполев, основатель футбольного клуба «Спартак» Николай Старостин, актёр Георгий Жжёнов. Кто-то выжил. А скольких мы потеряли.

«Цифры, вокруг которых порой разгораются циничные споры по принципу «ну какой миллион, всего-то несколько сот тысяч!», не отражают глубины трагедии», — сказала «АиФ» вдова известного писателя, президент Русского общественного фонда Александра Солженицына, член совета Фонда Памяти Наталия Солженицына. По её словам, не учитываются, например, арестованные, но не дожившие до суда, погибшие во время раскулачивания или депортации. «Стена скорби», другие подобные памятники, которые, может, ещё появятся в регионах, нужны не только репрессированным и их родственникам, но всем нам, — продолжает Солженицына. — Это память об униженных и безвинно погибших, чья смерть ещё трагичнее и страшнее, чем смерть на войне. Забыть о таком недостойно никакого народа, тем более такого великого, как наш. Иначе как мы можем себя уважать? Кроме того, знать, помнить и осуждать эти преступления нужно, чтобы никогда ничего подобного в нашей истории не повторилось вновь».

Так будет выглядеть памятник, который откроют 30 октября 2017 г. в Москве (по материалам Фонда Памяти).

«Неважно, были чьи-то предки жертвами или палачами, — говорит декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, член совета Фонда Памяти Сергей Караганов. — Те и другие, бывало, быстро менялись местами. » К слову, из 73 человек, выступивших в 1937 г. на февральско-мартов­ском пленуме ЦК ВКП(б), который стал прологом к Большому террору, 56 человек были потом уничтожены. «Трагичные страницы истории нашей страны до сих пор вызывают болезненные эмоции, — продолжает Караганов. — Воздать должное памяти жертв — это общее дело, оно сделает наше общество здоровее».

Памятник создаётся по указу Владимира Путина при поддержке правительства Москвы с привлечением народных средств: через Фонд Памяти собрано 37 млн рублей пожерт­вований.

Сергей Черняховский: Создание памятника «жертвам политических репрессий» — спорная затея

Создание памятника «жертвам политических репрессий» — само по себе политически спорная затея.

И потому, что жертвы были разные – и кто был виновен, а кто невиновен – вопрос более чем невыясненный и отдельный.

И потому, что далеко не все общество желает осуждения репрессий как таковых.

И потому, что хотя гибель невинных странно было бы не осуждать, в сложившемся историко-национальном контексте шаблон «осуждение политических репрессий» является на деле эвфемизмом шаблона «осуждение советского периода». Хотя формально это и неверно.

Сергей Черняховский: Создание памятника «жертвам политических репрессий» - спорная затея

Церемония открытия мемориала памяти жертв политических репрессий «Стена скорби». Фото с сайта kremlin.ru

То есть памятник такого рода есть определенная формальная победа одной политической силы над другой политической силой. Причем первая сила имеет в обществе поддержку 10-20 %, вторая – от 35 до 60 %.

Первая навязала свою волю второй, то есть меньшинство навязало свою волю большинству. Уже даже чисто формально – явно авторитарно и антидемократично. Теперь ему придется ждать ответа – он может быть раньше, может быть позже, может быть мягче, может быть жестче – но он будет.

Первая группа навязала свою волю не только второй – всей стране, которую данная затея абсолютно не увлекала. И навязала ее не за счет своего авторитета, а за счет поддержки власти, котоаря в этот раз откровенно встала на сторону явного меньшинства против явного большинства.

Эта затея антидемократична – но она и опасна для страны. Если кто-то верил, что сооружение подобного мемориала послужит утверждению согласия в стране и обществе – он явно плохо представляет себе реальное положение дел. Потому что этот мемориал утверждает позицию одной стороны – и отвергает позицию другой.

Наивные утверждения о том, что «уж в чем, в чем, но в осуждении сталинских репрессий все согласны» — более чем наивны. Даже это неверно, хотя, конечно, политические репрессии осуждает заметно большее число людей, нежели осуждающих Сталина: с объявлением его преступником готовы согласиться полностью 8 %, частично – 18 %. Остальные так или иначе это утверждение не поддерживают.

Одно меньшинство, 39 %, считает, что «репрессии — это преступление и его ничем оправдать нельзя». Другое меньшинство, 25 %, считает, что это была государственная необходимость и оправдать его можно.

С этой точки зрения Путин, приехав на открытие «мемориала жертвам» и сказав дословно: «Это страшное прошлое нельзя вычеркнуть из национальной памяти и, тем более, невозможно ничем оправдать, никакими высшими так называемыми благами народа…. никаких оправданий этим преступлениям быть не может. Политические репрессии стали трагедией для всего нашего народа, для всего общества, жестоким ударом по нашему народу, его корням, культуре, самосознанию. Последствия мы ощущаем до сих пор. Наш долг – не допустить забвения. Сама память, чёткость и однозначность позиции, оценок в отношении этих мрачных событий служат мощным предостережением от их повторения» — солидаризировался с большинством. И оттолкнул от себя лишь меньшинство.

По левадовским данным этого года, число оправдывающих репрессии – 25 %. Не допускающих оправдания – 39 %.

Только, во-первых, в канун президентских выборов лучше было этого не делать – и как минимум сохранить дистанцию, встать над схваткой. Выборы он, конечно, все равно выиграет – но вопрос-то сегодня не в этом. Вопрос в том, чтобы в условиях противостояния с наглеющими и агрессивными геополитическими конкурентами продемонстрировать максимальное единство страны и максимальную поддержку его как национального лидера.

Если из тех 25 %, которых он оттолкнул от себя, хотя бы половина просто не придет на выборы – уже это окажется тяжелым ударом по их политической результативности. Причем если на выборы не придут они – это будет означать, что не пришли не колеблющиеся, а именно его сторонники.

Читайте также  Памятник писателю Марселю Эме

Путин попытался как будто бы смягчить этот «удар по своим», сказав в итоге: «Да, нам и нашим потомкам надо помнить о трагедии репрессий, о тех причинах, которые их породили. Но это не значит – призывать к сведению счетов. Нельзя снова подталкивать общество к опасной черте противостояния. Сейчас важно для всех нас опираться на ценности доверия и стабильности. Только на этой основе мы можем решить задачи, которые стоят перед обществом и страной, перед Россией, которая у нас одна».

Только сказав абсолютно правильные слова о недопустимости противостояния, ценности доверия и стабильности – он сам нанес по этим началам удар, подтолкнув общество к новому противостоянию.

Черта не подведена. А если подведена – то не финишная, а новая стартовая. Вместо того, чтобы закрыть старое противостояние, Путин невольно дал сигнал новому. Его слова, сказанные при открытии мемориала, не станут консенсусным общественным мнением: одна часть общества не согласится с тем, что нужно «простить», другая – что нужно «осудить».

Одни, опьяненные оказанной им поддержкой в словах об осуждении, объявят, что прощать невозможно. Другие, оскорбленные этими же словами, не удовлетворятся объявлением прощения – и потребуют сатисфакции за оскорбление. Борьба разгорится снова.

И кто здесь на самом деле большинство, а кто – меньшинство, это вопрос отдельный.

Вот цифры в динамике:

Число оправдывающих репрессии – 25 %. Не допускающих оправдания – 39 %.

Первых в полтора раза меньше, чем вторых – но четверть населения, «зовущих репрессии» – это более чем солидно.

Однако важнее другое. За десять лет число «оправдывающих» выросло почти в три раза – с 9 %. За то же время число осуждающих – упало почти вдвое.

Путин протянул руку тем, кого становится все меньше, и оттолкнул тех, кого становится все больше. И это – ошибка. Хотя и ошибка талантливого и популярного политика.

Но тут вообще уже другой вопрос: почему все больше становится уже не тех, кто позитивно оценивает Сталина, а тех, кто не хочет осуждать репрессии.

И тут есть два ответа:

Первый – просто общество устало от безнаказанности реальных преступников – от экономических до политических. Безнравственно говорить об осуждении Сталина, не осудив Горбачева и Ельцина. И не имеют морального права осуждать 30-40-е те, кто виновен в трагедии «перестройки» и «реформ 90-х», как и те, кто прямо и публично не признал преступлениями разрушение СССР и политику 90-х.

Второй. В обществе в период информационного террора конца 80-90-х гг. было навязано восприятие самого слова «репрессия» как аналога слов «расправа над невиновными».

Но «репрессии» как понятие – это «ответное подавление». Политическая репрессия, осуществляемая государством, это лишь его сущностная и обязательная функция: подавление сопротивления своей политике. Осуществление репрессий – это обязанность государства.

Это не означает подавления оппозиции – пока последняя остается оппозицией, а не превращается в силу, стремящуюся разрушить данную социально-политическую систему.

Там, где государство отказывается от исполнения своих репрессивных функций, где оно перестает осуществлять подавление своих противников – там оно перестает существовать. Отказ политика от репрессий – уже является преступлением, потому что, как можно увидеть на примере Януковича с Горбачевым, этот отказ приводит к гибели сотен тысяч и миллионов людей. Государство, собственно говоря, и нужно для того, чтобы осуществлять репрессии.

И именно поэтому тема «осуждения репрессий» так важна. Для тех, кто ставит задачу разрушения того или иного государства.

Тема «осуждения сталинских репрессий» была поднята в конце 80-х гг. именно для того, чтобы лишить иммунные системы государства воли, чтобы лишить его способности защищать страну и общество.

Формально осуждающие репрессии апеллируют к трагедии гибели невиновных – и осуждают их. На деле они парализуют способность страны и государства защищать себя. Лишают государство способности устранять со своего пути группы, противостоящие национальным интересам. Лишают большинство страны возможности защищать свои интересы.

Многие с этим не согласятся, но если страна (любая страна) хочет развиваться дальше и быть защищенной от давления внешних геополитических сил, она должна признать простую и естественную вещь: репрессии – это обязанность государства и элиты, отказ от репрессий и осуждение репрессий – преступление перед народом и государством.

В Москве открыли памятник жертвам политических репрессий

30 октября, в День памяти жертв политических репрессий, Президент России Владимир Путин принял участие в открытии мемориала «Стена скорби». Мемориал представляет собой барельеф с изображением человеческих фигур, которые символизируют репрессированных. На памятнике написано слово «Помни» на 22 языках. Территория вокруг мемориала вымощена камнями, которые привезли из бывших лагерей и тюрем ГУЛАГа.

Мемориал «Стена скорби»

На открытии «Стены скорби» Президент России Владимир Путин заявил, что политические репрессии — это преступление, которое не может быть оправдано никакими высшими благами народа.

Сегодня в столице мы открываем «Стену скорби» — грандиозный, пронзительный монумент и по смыслу, и по своему воплощению. Он взывает к нашей совести, чувствам, к осмыслению периода репрессии, состраданию их жертв, — заявил Путин во время открытия мемориала.

Владимир Путин принял участие в открытии мемориала «Стена скорби»

Глава государства отметил, что во времена сталинского террора миллионы людей были объявлены врагами народа, расстреляны или покалечены. Президент подчеркнул, что это страшное прошлое нельзя вычеркнуть из национальной памяти. Однако, как заявил Путин, помнить о жертвах репрессий — не значит подталкивать общество к противостоянию:

Сейчас важно опираться на ценности доверия и стабильности, — заявил российский лидер.

В. Путин возложил цветы к мемориалу

Владимир Путин адресовал слова благодарности авторам мемориала, а также всем, кто вложил средства в его создание, и правительству Москвы, на которое пришлась основная часть расходов. Вместе с патриархом РПЦ Кириллом и мэром Москвы Сергеем Собяниным президент обошел мемориал и возложил к нему цветы.

Также на церемонии открытия «Стены скорби» присутствовал сенатор, доктор исторических наук, бывший уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин. Он подчеркнул важность появления мемориала и сказал, что мечтает, чтобы будущие президенты, гаранты Конституции Российской Федерации, и будущие омбудсмены нашей страны приносили присягу народу именно здесь, у этой стены, перед этими трагическими ликами. При этом он считает, что эта мечта, скорее всего, утопична.

Патриарх РПЦ Кирилл и Президент России Владимир Путин

Ранее в СМИ было опубликовано обращение группы советских диссидентов и бывших политзаключенных, которые призвали не участвовать в открытии «Стены скорби» и других памятных мероприятиях, организованных Кремлем. Они заявили, что нынешняя власть в России только на словах сожалеет о жертвах советского режима, а на деле продолжает политические репрессии и подавляет гражданские свободы в стране:

Нельзя разделять жертв политических репрессий на тех, кому уже можно ставить памятники, и тех, кого можно пока не замечать, — подчеркнули диссиденты.

Мемориал «Стена скорби», посвященный памяти жертв политических репрессий, расположен на пересечении проспекта Сахарова и Садового кольца. Инициатором установки объекта выступил Фонд памяти. Создатель «Стены скорби» — скульптор Георгий Франгулян.

Читайте также  Памятники в Краснодаре

Понравился материал?

Лучшая благодарность за нашу работу — это подписаться на наши каналы в социальных сетях и поделиться ими со своими друзьями!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: