Выставочный зал «Гергиевский»

Что делать во Владивостоке: сокровища новой культурной столицы

На новой купюре 2000 рублей — мост на остров Русский. Новые деньги отражают новые задачи Владивостока, назначенного российским культуртрегером на востоке.

Жизнь на «Заре»

«Заря» — бывшая швейная фабрика на окраине Владивостока, разорившаяся и заброшенная, — была выкуплена в 2006 году водочным магнатом, председателем правления ПАО «Синергия» Александром Мечетиным. 25 000 кв. м промышленного пространства перепланировано архитектором Екатериной Мигун. На площади 1250 кв. м действует Центр современного искусства «Заря»: несколько выставочных залов, читальный зал, кафе, магазин, мастерская и арт-резиденция.

Здесь уже три года художники живут, работают в мастерской и получают стипендию — 40 000 рублей. Арт-центр оплачивает дорогу, покупает материалы для проекта и помогает наладить творческий процесс.

Проектами «Зари» руководит куратор Алиса Багдонайте, в послужном списке которой Музей архитектуры и «Галерея на Солянке». Алиса живет в Москве, во Владивостоке бывает наездами, но круглые сутки доступна по почте и телефону. «Чем дольше мы работаем на Дальнем Востоке, тем больше убеждаемся, что Европа «подпирает» Азию именно здесь. «Заря» стремится сделать Владивосток значимой точкой на карте мирового искусства», — говорит Багдонайте. На месте за процессом присматривает Адель Ким, выпускница магистратуры теории и практики современного искусства южнокорейского университета Хонгик в Сеуле.

Арт-резиденция — двухкомнатная квартира площадью 75 кв. м на фабрике, на первом этаже бывшего цеха. В большом холле — обеденный стол с компьютером (Wi-Fi бесплатный), электроплитка, чайник, холодильник, стиральная машинка и даже велосипед с замком. Две комнаты по две кровати в каждой. «Иногда в одной комнате живут двое незнакомых до этого людей», — рассказывает Адель Ким.

В год «Заря» принимает 24 художника: на сайте сообществ арт-резиденций вешают объявление, так называемый open call. Кураторы и сами рассылают приглашения. Во владивостокской арт-резиденции уже отметились Сергей Шутов, Тимофей Радя, Сергей Сапожников, Владимир Горшков, Глюкля, арт-группа «Еликука», митьки Флоренские.

Годовой бюджет центра на 2018 год — 40 095 232 рубля. За свою любовь к искусству меценат Мечетин требует взаимности — каждый художник оставляет работы в коллекции, которую собирает «Заря».

Искусство в городе

Художник Ольга Флоренская, участник арт-резиденции «Заря» ищет материал для своего проекта, внимательно изучая городскую топонимику, например, объявления на заборах и пояснительные таблички к этикеткам на рынке. Например, «Форсайт, средство от клопов», «Лампочки. Россия», упаковка с призывом «Поддержите чувственность пищеварения вашей кожи». «Редыска» размером со среднюю тыкву. «Подмор», спиртовая настойка из сушеных пчел. В рыбных рядах: «Свежий лов», «Кета парная без головы», «Рыбные пельмени». Кустодиевских форм продавщица, понизив голос, говорит покупателю, рассматривающему рыбу: «Самец только один!» В закусочной — чифаньке, как ее называют в городе на китайский манер, — под названием «Добрыня» китаянка-зазывальщица кричит: «Эй, подруга, иды кушать!»

Художник Флоренская по рынку ходит внимательно: у нее не просто глаз-алмаз, а радар. Ловким движением фокусника она вытаскивает из горы пестрых упаковок с иероглифами сушеные куриную лапу с когтями — вот такой вот деликатес, — и приоткрывает пластиковую коробочку куриных яиц из Кореи, — там скорлупа голубого цвета. Из рыночных ценников, старых плакатов, надписей, объявлений на заборе: «Вчера вот видела чудесное: «Куплю старые норковые шубы оптом» — Флоренская создает портрет города. Она пишет на старых городских материалах — никакой чистой бумаги и новых холстов, — только с историей, купленные на свалке металлолома листы, дверцы шкафов, детали конструкций и механизмов. Все по-честному: бытовые тексты, существующие в городе здесь и сейчас, носители, полученные во Владивостоке.

Три недели на подготовку, неделя на выставку — в таком режиме художники Ольга и Александр Флоренские, митьки из Санкт-Петербурга, работали в арт-резиденции «Заря». Пока Ольга занималась городской этнографией (эту тему художник изучает с середины 1980-х годов, с момента появления группы «Митьки» и увлечения шрифтами. Ольга Флоренская — автор исследования «Психология бытового шрифта»), Александр писал с натуры маяки Владивостока и окрестностей.

Тихоокеанское время

В начале 1990-х современное искусство Владивостока пережило свой звездный час. Коллекционер, создатель галереи «Артэтаж» Александр Городний провез неофициальное и современное искусство Владивостока по всему миру: выставлялся в Амстердаме и Роттердаме, в Германии, в Вашингтонском университете, в галереях Гиндзы в Токио. Люк Тюйманс, приехав во Владивосток по приглашению Городнего, по традиции нарисовал свою работу на стене галереи «Артэтаж». «И хотел стереть, как он это обычно делает, но я не позволил. Мы сняли эти 6 кв. м штукатурки со стены. Сейчас они у меня в ящиках. Пока нет возможности выставить», — рассказывает коллекционер. Собрание Городнего — самая репрезентативная коллекция послевоенного неофициального и современного искусства Владивостока. «Продавал березки — покупал авангард. А что-то дарили друзья-­художники», — рассказывает Городний о своем собирательстве. В 2013 году 12 380 работ из своей коллекции Александр Городний передал Владивостоку. Город обещал открыть музей. Сейчас часть работ выставлена в доходном доме Демби, где расположен загс. И счастливые ново­брачные под марш Мендельсона осма тривают деревянные скульптуры, инсталляции и неофициальную живопись. Александр Городний числится методистом детского клуба. Статуса музея у коллекции нет.

В 1995 году во Владивостоке коллекционер и дилер Вера Глазкова и искусствовед Приморской картинной галереи Марина Куликова открыли галерею «Арка». Сейчас это единственная сохранившаяся галерея современного искусства в городе. «Арка» участвовала в «Арт-Москве», Art Forum Berlin, Shanghai Art Fair, Art Miami, ARCOmаdrid, в выставках современного русского искусства в Берлине и Вене. В середине 1990-х Вера Глазкова активно сотрудничала с московской галереей XL и Еленой Селиной, в начале 2000-х — с Дашей Пыркиной, продвигая не только владивостокских авторов в Москве, но и москвичей и питерцев — Пивоварова, Мамышева-Монро, Шутова — во Владивостоке. В середине 2000-х владивостокские бизнесмены — коллекционеры современного искусства разъехались в другие города. Рынок современного искусства в городе, по сути, перестал существовать. Ближайшие соседи из Китая и Южной Кореи к российскому искусству интереса не проявляют. «У китайских и корейских покупателей во Владивостоке другие вкусы, они ищут что-то более традиционное вроде пейзажей в стиле Шишкина и Левитана. Современное искусство им неинтересно и непонятно», — рассказывает Вера Глазкова. Несмотря на диктат рынка, владелица «Арки» не закрыла галерею, а сосредоточилась на выставочной деятельности. «Сейчас мы в ситуации пересменка поколений. Ценители и коллекционеры уехали, а новое поколение владивостокских коллекционеров, ценителей современного искусства нам еще предстоит вырастить».

На высокой ноте

На саммит АТЭС в 2012 году во Владивосток прилетел президент Путин. И решил усилить культурную составляющую. В 2012 году был построен мост через бухту Золотой Рог, соединивший части города, и мост на остров Русский, один из самых длинных вантовых мостов мира, с пролетами длиной 1104 м.

В городе открываются филиалы Эрмитажа, Третьяковской галереи, Русского музея, а к Новому 2018 году первые представления даст цирк. Для филиала Эрмитажа уже составлена строительная смета и выбрано здание. О том, где разместить филиал Третьяковской галереи мнения директора галереи и министра культуры не совпали, но Зельфире Трегуловой понравился бывший купеческий дом начала XX века в историческом центре Владивостока. Срочно подыскивает подходящее пространство для своего филиала Русский музей. Не решено пока, где и как создавать Музей Востока. По легенде городских музейщиков, поручение открыть филиалы главных художественных музеев страны и Музей Востока было дано президентом министру во время полета на вертолете над городом. То ли кто-то что-то недоговорил, то ли неверно понял, но четкого представления о том, что именно президент имел в виду, пока не появилось.

Выставочный зал «Гергиевский»

Гергиевский центр во Владикавказе: «за» и «против»

Ольга РЕЗНИК

Строительство Кавказского музыкально-культурного центра им. В.Гергиева во Владикавказе – тема не новая, неоднократно обсуждавшаяся в самом широком формате. Однако после того, как разразился финансовый кризис, возведение грандиозного центра вроде бы было отложено до лучших времен. Но совсем недавно появилась официальная информация, в которой сообщалось, что реализация проекта начинается.

Вот эта информация.

center-gergiev

21 марта в Постпредстве РСО-Алания при Президенте РФ состоялась встреча Главы Северной Осетии Таймураза Мамсурова и художественного руководителя Мариинского театра Валерия Гергиева.

Обсуждались вопросы строительства Кавказского музыкально-культурного центра им. В. Гергиева, оптимизации взаимодействия в ходе реализации этого амбициозного культурного проекта СКФО.

Во встрече приняли участие Председатель Правительства РСО-Алания Николай Хлынцов, вице-премьер Правительства республики, Полномочный представитель Северной Осетии при Президенте РФ Александр Тотоонов, заместитель художественного руководителя-директора Мариинского театра Фатима Туаева, президент ОАО «Восток» Марат Баласанян, представители архитектурного бюро «Стиль» (Владикавказ).

В 2011 году предстоит выполнить достаточно большой объем работ: федеральный бюджет выделил на реализацию начальной стадии проекта около 600 млн. рублей.

Строительство Кавказского музыкально-культурного центра будет осуществляться по проекту всемирно известного архитектора Нормана Фостера.

Официальный портал Республики Северная Осетия-Алания

Общая же стоимость строительства, которое, обещают, будет завершено до конца 2015 года, составляет более 4,6 миллиардов рублей.

Это означает то, что в ближайшем будущем в исторической части Владикавказа, где до наших дней удалось сохранить являющуюся визитной карточкой города архитектуру конца XIX – начала ХХ столетий, по обоим берегам Терека скоро появятся новомодные сооружения, напоминающие по форме гигантские фасолины. Главное из них должно быть возведено на месте нынешнего киноконцертного зала «Октябрь». Два других – на противоположном берегу реки Терек.

Готовы ли владикавказцы к такому повороту событий? Мнение жителей столицы Северной Осетии исследовала специальный корреспондент сайта «Осетия-Квайса», которая обратилась к ним с вопросом:

Как вы относитесь к строительству Кавказского музыкально-культурного центра им. В. Гергиева в исторической части Владикавказа?

Сослан ЦАЛЛАГОВ, архитектор, заслуженный работник культуры России,
директор Северо-Осетинского отделения Российского фонда культуры

Первой ошибкой было строительство в старом городе киноконцертного зала «Октябрь» – инородного архитектурного сооружения, диссонирующего сложившейся исторической среде. Дом правительства, здание проектного института, которые тоже находятся на площади Свободы, хоть и были построены значительно позднее всех остальных зданий по проспекту Мира, все же более гармонично связаны с исторической застройкой, нежели киноконцертный зал «Октябрь». Это классическая стилизованная архитектура.

Теперь вместо кубика «Октября» появятся блинчики Фаберже. Вот и получается: что на что меняем? Многое зависит, конечно, от профессионализма, мастерства и чутья архитектора-автора, которому важно не ошибиться в проектировании объекта.

В исторической среде имеются примеры внедрения современной, контрастной по стилистике архитектуры. Скажем, здание магазина «Музторг», что напротив Республиканского дома искусств. Тоже ведь между старыми владикавказскими особняками внедрился, казалось бы, чужеродный объект, но как он замечательно вписался туда.

Не может не волновать и то, что в связи со строительством центра, может быть утеряна часть парка. Очень странно и даже подозрительно, что парк вдруг выпал из списков памятников ландшафтного искусства. А ведь наш парк – красивейший на Юге России. Складывается впечатление, что его специально оттуда выкинули, дабы были развязаны руки. Потому что, если перед нами памятник ландшафтного искусства, тогда непозволительно внедрять туда инородные архитектурные и технические формы. Наш пар – исторический. Он должен быть восстановлен в первозданном виде. Должны быть убраны мощения, никакого асфальта. Пешеходные дорожки, старинные лавочки – все, как раньше. Парк необходимо привести к историческому виду. И никак иначе.

Петр САФРОНОВ, заместитель редактора газеты «Пульс Осетии»

Я – за. Через 50 лет культурный музыкальный центр станет частью исторического центра Владикавказа. С чем у нас сегодня ассоциируется слово «Париж»? Правильно, с Эйфелевой башней. А ведь во время строительства башни было подано ходатайство части парижан с требованием, чтобы она была демонтирована. Местные жители считали «иглу», как они называли Эйфелеву башню, бельмом на глазу Парижа. И, тем не менее, в 1889 году башня, названная в честь ее автора, французского инженера-конструктора Александра Гюстава Эйфеля, в Париже была построена. И сегодня мы не представляем столицу мира без этого сооружения.

Благодаря Гергиевскому центру Владикавказ, я считаю, станет культурным центром Кавказа. К нам потянутся деятели культуры и искусства со всего мира, здесь будут проходить Пасхальные фестивали и другие знаковые мероприятия.

Генрий КУСОВ, ученый, писатель-краевед, доктор исторических наук

Отношусь резко отрицательно. Будущее Владикавказа, по-моему, связано с развитием туризма. Чем для туристов притягателен наш город? В первую очередь, историческим ландшафтом, встроенными в панораму старинными улочками. Новые здания, какими бы они ни были шикарными, принесут Владикавказу только вред. Если здесь будет разрушен исторический ландшафт, то не будет города. А ведь мы имеем неплохой исторический город, где все миниатюрно, все уже устоялось.

Строительство Гергиевского центра в исторической части принесет, как я уже сказал, вред Владикавказу, еще больше замкнет проспект Мира, который и без того уже замкнут киноконцертным залом «Октябрь», закроет панораму гор. Не понимаю, для чего строить Гергиевский центр в исторической зоне?

Элла ИВАКИНА, домохозяйка

Я категорически против, так как сложившийся исторический центр нельзя нарушать инородными объектами. На то он и исторический. Согласна, подобные сооружения вполне могут быть у нас в городе, но в другом месте, где они действительно станут украшением. Надо же развивать весь город в целом.

В новом культурном центре, насколько мне известно, будет несколько залов, торговые помещения. Представляете, какой поток автотранспорта туда устремится. А ведь в центре города и без того не пройти, не проехать, всюду автомобильные пробки.

И вот еще что: почему в угоду чьим-то интересам должен нарушаться исторически сложившийся облик города?

Эдуард ДАУРОВ, народный артист РСО-Алания,
солист Северо-Осетинской государственной филармонии

Отношусь отрицательно. Мы уже на протяжении скольких лет не можем завершить ремонт в здании филармонии, здание «Октября» не в состоянии содержать. И вдруг будем строить зал на 1200 мест. Это все равно, что строить фабрику по производству 1000 автомобилей в том месте, где имеется потребность только в десяти.

Вы посмотрите, что происходит: мы не можем заполнить Музыкальный театр без применения административного ресурса. Какие бы знаменитости к нам ни приезжали, зал филармонии никогда не бывает заполнен на сто процентов. Это связано с тем, что интеллигенция сегодня размыта. Заводы стоят. Русскоязычная техническая интеллигенция либо выехала за пределы республики, либо вымерла. А это был наш зритель. Город сейчас прирастает за счет беженцев и сельских жителей, он превратился в большую деревню. Слово «опера» этих новых владикавказцев пугает.

Так для кого же строятся огромные концертные залы? Похоже, тех, кто принимает такое решение, это не волнует. Строительство Гергиевского центра уже стало самоцелью, идефикс, коммерческим проектом. Да, допустим, можно будет заработать на сломе под застройку, на самом строительстве. Но вот вопрос: кто будет этот центр содержать?

Строительство культурного центра нужно начинать с достойной зарплаты работников культуры. А она у нас мизерная, 4300 рублей в месяц, например. Сегодня словосочетание «работник культуры» – это синоним «нищеты». Поэтому сейчас меньше детей обучаются и в музыкальных школах. Культура в нынешнее время – это непрестижно.

С другой стороны, прежде чем открывать подобный центр, нужно воспитать зрителя, который будет туда ходить. А на сегодняшний день с этим, как я уже говорил, весьма проблематично.

Империя Гергиева

Империя Гергиева

1. Валерий Гергиев дирижирует Римского-Корсакова и Щедрина
Необычное, но красочное сочетание классика прошлого и классика современности. Стопроцентно пасхальная программа, в которой оркестр Мариинского театра покажет все, на что способен: увертюру «Светлый праздник» Римского-Корсакова и его же сюиту из оперы «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии», фрагменты из балета «Конец-горбунок» и «Озорные частушки» Родиона Щедрина.
Вс 27 апреля, 19.00, Большой зал Консерватории

2. Седьмая симфония Малера
Вероятно, самая заковыристая симфония в наследии композитора, которую в равной степени боятся и дирижеры, и слушатели. Недавно исполнивший Седьмую симфонию в рамках турне Лондонского симфонического оркестра, Валерий Гергиев теперь берется за нее вместе с симфоническим оркестром Мариинского театра. В качестве аперитива прозвучит блестящий опус французского классика ХХ века Анри Дютийе — «Мистерия момента».
Пн 28 апреля, 19.00, Большой зал Консерватории

3. Collegium Vocale Gent и Филипп Херрвег

Любителям старинной музыки: один из лучших барочных коллективов мира приезжает с баховскими кантатами и Пасхальной ораторией. Воздушные тембры жильных струн и старинных флейт, небесной красоты голоса солистов и хора и балетная пластика маэстро Филиппа Херрвега прилагаются.
Вс 4 мая, 19.00, Концертный зал им. П. И. Чайковского

4. Хоровой гала-концерт
Мощнейшее мероприятие: лучшие хоры выходят и поют кто во что горазд. В гала участвуют Камерный хор Московской консерватории, камерный хор «Арион» (Осетия), Хор софийских мальчиков (Болгария), камерный хор «Кредо» (Украина), юношеский ансамбль «Мдзлевари» (Грузия), хор «Мелоди» (Сербия) и Камерный хор Эстонской филармонии.
Вт 6 мая, 19.00, Концертный зал им. П. И. Чайковского

5. «Хованщина» Мусоргского
Один из старейших спектаклей Мариинского театра (постановка 1960 года) с бесподобной Ольгой Бородиной в роли Марфы и двумя представительными солистами Мариинской труппы — Владимиром Галузиным и Владимиром Огновенко. За дирижерским пультом — Валерий Гергиев.
Чт 8 мая, 19.00, Музыкальный театр им. К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко «Я люблю Большой театр… Очень люблю… Один раз даже мимо проходил…»
Гергиев никогда не спит. Гергиев умудряется бывать в разных точках планеты одновременно. Гергиев может дирижировать по три концерта в день. У Гергиева в одновременности звонят три-четыре мобильных телефона. Гергиев иногда опаздывает на собственные концерты. Про эти и другие черты Гергиева вам охотно расскажет любой консерваторский завсегдатай. Правда все это или неправда, значения по большому счету не имеет — для среднестатистического слушателя Гергиев давно превратился в легенду, а с помощью bluetooth студенты охотно перекачивают друг другу на мобильники забавный рингтон, ловко состряпанный из его высказываний на пресс-конференциях. На фоне расслабленного джазового мотива его уникальный, ни на кого не похожий голос говорит: «Я люблю Большой театр… Я очень люблю Большой театр… Один раз даже мимо проходил…».

Для тех, кто делает его фестиваль, с афишей более чем в сто концертов, Валерий Гергиев абсолютно реален, хотя каждый раз в офисе начинают говорить тише, когда он звонит. Все давно привыкли, что часовых поясов для него не существует, в независимости от того, где сейчас находится маэстро (для краткости его называют именно так) — в Милане, Нью-Йорке, Иерусалиме или Токио, — факсы ему можно посылать в любое время.И в любое время надо быть готовым ответить на телефонный звонок: отключать мобильный телефон категорически воспрещается, а отправляясь на обед, каждый сотрудник, как правило, берет с собой пачку нужных документов — на тот случай, если звонок Гергиева или его заместителя застанет врасплох.

«Оркестрантов будем отбирать по росту»
У Гергиева по всему миру полдюжины фестивалей, два десятка благотворительных фондов, сотня отдельных проектов и любовь всей его жизни — Мариинский театр, но можно с уверенностью сказать, что к Москве и его здешнему чаду — Московскому Пасхальному фестивалю — его отношение совершенно особое. Может быть, потому, что в Москве он родился.А может быть, потому, что он очень хорошо знает московскую публику, которая не прощает ошибок. Так или иначе,именно здесь он ставит перед собой и другими такие задачи, что работники фестиваля выполняют их, зажмурившись от страха.Надо сделать так, чтобы самолет, на котором дирижер прилетает из Брюсселя, не опоздал ни на минуту, иначе сорвутся торжественное открытие фестиваля (так было в 2003 году) и прямой эфир на телевидении.И еще надо сделать так, чтобы из Шереметьево-2 до Консерватории не было пробок. Или надо за одну ночь разобрать декорации к одному спектаклю и смонтировать другой — пусть в Мариинке этот процесс занимает полтора дня, но в Москве на это времени нет.

Помнится, когда готовился спектакль «Война и мир» Прокофьева (к 60-летию Победы в Великой Отечественной войне), Гергиева отвели в Театр Российской армии, потому что он захотел ставить оперу именно там. Отвели с задней мыслью, чтобы показать: театр-де не музыкальный, а драматический, акустики никакой, техническое оснащение не то, оркестровая яма крошечная — в общем, чтобы как-то свести все стремления дирижера на нет. Но не тут-то было. Прямо здесь, по телефону, Гергиев обсудил сокращения технического райдера спектакля с постановочной частью Мариинки, затем распорядился устроить акустическую пробу (акустика оказалась великолепная), а зайдя в оркестровую яму и сильно нагнувшись, чтобы не удариться головой о низкий потолок, сказал полушутя-полусерьезно: «Оркестрантов будем отбирать по росту». Через два месяца здесь с триумфом отыграли «Войну и мир» с Анной Нетребко в главной роли, и, вероятно, это был один из лучших спектаклей, которые видели в Театре Российской армии за последние лет двадцать.

Вирус героизма
Гергиевский героизм столь заразителен, что работники фестивального штаба тоже начинают совершать чудеса, головой прошибая бюрократические преграды, добиваясь от власть имущих каких-то исключительных условий и разрешений, умудряясь сделать работу, на которую нужна неделя, за несколько часов. Например, одна выдающаяся сотрудница задержала на 45 минут поезд Москва – Петербург, на который после спектакля не поспевал коллектив Мариинского театра (300 человек), тем самым сбив расписание Октябрьской железной дороги на следующие двое суток. Другая организовала за пару часов экскурсию Венскому филармоническому оркестру по Кремлю в нерабочий день, причем не просто по соборам, а по Президентскому дворцу, куда простым смертным вход заказан. Пример из личной биографии: никогда — ни до, ни после Пасхального фестиваля — я не думал, что смогу сторговаться с таможенниками по поводу размера взятки в грузовом терминале Шереметьево и лично отслеживать выгрузку оркестровых инструментов из фуры в самолет и правильность оформления всех документов.

«Тетя Таня»
В этом году Пасхальный фестиваль обещает вновь поразить своими масштабами — за каких-то 12 дней Валерий Гергиев совершит столько, сколько другие дирижеры едва успевают за один сезон. Исполнит три поздние симфонии Малера, в том числе грандиозную Восьмую, в которой стоголовый оркестр, такой же хор и куча солистов, а также произведения Римского-Корсакова, Дворжака, Щедрина и Тищенко. Покажет две оперы.В перерывах между концертами в Москве успеет съездить со своим оркестром в Тверь, Череповец, Краснодар, Владикавказ, Казань и Ульяновск. Проведет несколько десятков встреч, успеет послушать хоры на открытии хоровой программы фестиваля, порепетировать с солистами, дать пять-шесть интервью, подписать две сотни бумаг и… отпраздновать 55-летие 2 мая. Отпраздновать, как и полагается музыканту, на сцене, вместе с друзьями и коллегами: Ольгой Бородиной, Вадимом Репиным, Юрием Башметом и Анной Нетребко. И еще он наверняка успеет перемолвиться парой слов со своими поклонниками, которые ходят на его концерты уже четверть века. Среди них — легендарная «тетя Таня», как ее называют в дирекции фестиваля: крошечного роста, седая как лунь старушка, которая приезжает на концерты из Подмосковья и обязательно покупает дирижеру букет цветов. В толпе поздравляющих, рядом с генеральными директорами крупнейших корпораций, министрами, представителями духовенства и московской мэрии, финансовыми воротилами, светскими тусовщиками и работниками фестиваля, тетя Таня смотрится довольно колоритно. Но Гергиев перво-наперво подойдет к ней, и не будет обращать внимания ни на кого, пока не выяснит, понравился ли ей концерт и как звучал оркестр. Генеральные директора, министры, представители духовенства и московской мэрии, финансовые воротилы и светские тусовщики могут подождать.

Выставочный зал «Гергиевский»

Построена посреди кладбища в первой половине XIX века на средства купца Ивана Полякова. Служба в церкви велась даже во времена воинствующего атеизма, не прерываясь в течение ХХ века. Однокупольный храм с колокольней первоначально был возведен в стиле классицизма, но в последнее столетие подвергался перестройкам, которые изменили его целостную архитектуру. Хотя на многих частях сооружения сохранились детали, характерные для классицизма.

Михаил Николаевич Черкасский был земским техником-строителем. Под его руководством было построено много зданий в городе. Для своей семьи он переделал уже существующую постройку. Родовое гнездо Черкасских – это жилой дом с мезонином. В его облике есть классические черты, элементы народной архитектуры и стиль модерн. Сооружение украшено резьбой по дереву. Особняк украшает главную улицу Юрьевца, сейчас в нем располагается краеведческий музей.

Этот исторический дом находится на главной площади города. Дом построен во второй половине XIX века. Он двухэтажный, имеет подвал. Его дворовые постройки более низкой этажности. Это яркий пример того, как в одном особняке можно объединить жилье и торговые функции. Причем сооружение так логично распланировано, что жилые помещения не мешают деловым. Дом выполнен в стиле эклектики. Кирпичная пластика позволила использовать в украшении фасадов элементы различных стилей, которые, несмотря на принадлежность к разным эпохам, сморятся гармонично. На данный момент в особняке располагается местная полиция.

На главной улице города стоит церковь, возведенная в начале XIX века. Позже она была значительно расширена. До нашего времени не сохранились верхние ярусы звонницы. Церковь одноглавая, является переходным этапом между барокко и классицизмом. Ее объем выстроен соответственно принципам барочного стиля, а оформление и архитектурный декор выполнены по принципам классицизма. Внутри храма сохранились исторические росписи.

Это самая старинная церковь Юрьевца. Она много раз перестраивалась и сложена из разных частей. Считается, что в ней есть фрагменты более древнего сакрального сооружения. Позднее некоторые части храма были разобраны из-за плохого состояния, а взамен пристроены колокольня, трапезная и притворы. Особенная ценность сооружения состоит в том, что в него вмонтированы части других церквей. Сакральное сооружение возведено в стиле нарышкинского барокко, визитной карточкой которого является разнообразие деталей и богатый декор. В интерьере сохранилась богатая коллекция изразцов, ими отделаны полы, печи и другие части здания.

Богатые граждане города в конце ХIX века собрали средства на строительство женской гимназии. День открытия учебного заведения совпал с днем рождения великого русского поэта, поэтому школе присвоили его имя. В здании был храм, большая библиотека, кабинеты, посвященные разным наукам, очень хорошие условия для обучения. Для учениц действовали строгие правила, но и преподавали здесь лучшие учителя. Это было одно из лучших учебных заведения для девочек в России. Сейчас это школа №1, уникальная история которой запечатлена в фондах школьного музея.

Юрьевец имел несколько крепостей. Самая последняя из них называется «Белый город». Укрепления не были доведены до конца и позднее их стали разбирать. То, что осталось на данный момент – это археологический памятник, валы и рвы. Под ними есть подземные ходы, среди которых присутствуют казематы для наказания преступников, со скелетами прикованных там людей. Эти подземелья не исследованы до конца.

В центре Юрьевца расположены торговые ряды, которые играют важную роль в структуре города. Они образуют целый торговый квартал. Корпуса строились в разное время, поэтому имеют разный вид. Среди торговых сооружений присутствуют двухэтажные и одноэтажные постройки, где этаж занимает высоту двух. В архитектурном оформлении сооружений присутствует стиль эклектика, модерн, неоклассицизм.

Главный сакральный комплекс города состоит из нескольких объектов. Один из соборов предназначен для служб летом, второй принимает людей зимой. Также в комплекс входит очень высокая колокольня. Сооружения комплекса строились в разное время и относятся к разным архитектурным стилям. Входо-Иерусалимский храм (зимний) сооружен в суровых старинных формах. Успенская церковь (летняя) и высокая колокольня возведены в стиле позднего классицизма. Шпиль колокольни доминирует над городской застройкой и далеко виден на подъезде к городу. Поэтому сооружение является символом Юрьевца.

С 1970 годов в Юрьевце предпринимались попытки открыть картинную галерею. Город старинный, красивый, его любят рисовать художники. Здесь выставляются ученики и преподаватели детской художественной школы, изостудии, а также местные художники. Галерея служит местом встречи для любителей разных изобразительных искусств.

Образован музей на базе краеведческого. В его экспозиции находятся не только художественные работы, но иконы, старинные фотографии, книги, мебель, документы, предметы из археологических раскопов.

Это современный центр киноискусства. В нем работает киношкола, проходят творческие встречи и фестивали. В библиотеке центра хранятся не только современные, но и исторические книги, и печатные издания.

Музей открыт в 1980 годах в родовом гнезде Весниных. Здесь хранятся живописные работы, документы и фотографии из личных архивов, проекты трех знаменитых братьев-архитекторов 1920 годов.

Музей открыт в доме, где жила семья Тарковских. Он посвящен знаменитому режиссеру, его жизни и созданным им уникальным фильмам.

Это своеобразный музей кукол и необычных видов искусств. Куклы сделаны в виде литературных героев. Именно здесь можно увидеть знакомые образы в исполнении местных мастеров с применением народных техник.

Монастырская церковь, которая была возведена на берегу Волги. В ХХ столетии церковную колокольню уничтожили, а помещение храма отдали под склад пивзавода. Сегодня храм постепенно восстанавливается. Сакральное сооружение представляет собой образец нарышкинского барокко, богатого деталями и разнообразием форм.

В этом городе действительно есть на что посмотреть, не упустите свой шанс посетить город Юрьевец.

Гергиев устроил в Москве новую жизнь

В воскресенье в Москве закрылся Пасхальный фестиваль. Серия благотворительных концертов в больницах и домах ветеранов, хоровые духовные концерты в церквях, неделя колокольных звонов и четыре симфонических концерта в Большом зале консерватории — вот что представил публике Валерий Гергиев с Мариинским оркестром, хором и солистами.

Открытие было официозным и шикарным. После официальной части Гергиев тихо сказал, что ему хотелось бы посвятить и концерт, и весь фестиваль памяти Евгения Федоровича Светланова. Зал ответил аплодисментами. Минута молчания была единодушной и совершенно искренней.

Посвятить фестиваль Светланову было уместно еще и потому, что Евгений Федорович большую часть жизни занимался именно русской музыкой, из которой исключительно и состоит гергиевский фестиваль. На открытии играли Римского-Корсакова, Прокофьева, новое сочинение Владимира Мартынова и «Жар-Птицу» Стравинского.

С первых же нот «Светлого праздника» Римского-Корсакова стало ясно: нам, москвичам, со всеми «хорошими» оркестрами, раскрученным РНО, набирающим обороты БСО, многочисленными камерными (в том числе и неплохими) и не снился уровень Мариинки.

Программа открытия была, видимо, специально продумана так, чтобы сразу отправить столичную публику в нокаут. Начиналось все довольно мирно: первым номером был филигранно исполненный, ритмически, кажется, просто совершенно, Римский-Корсаков. Дальше — уже без особых веселий — глубокий, основательный, очень русский «Александр Невский» Прокофьева. «Мертвое поле» в исполнении Ольги Бородиной ярко продемонстрировало именно то, что в просторечии именуют «загадочной русской душой». Надрывный, порой тяжелый, огромный голос певицы, казалось, создан для этого выматывающего номера. Правда, на другом концерте, в «Пульчинелле» Стравинского, выяснилось, что голос ее может быть и совсем другим — элегантным, мягким и обаятельным.

Вслед за Прокофьевым играли мировую премьеру: антракт из оперы «Новая жизнь» Владимира Мартынова. Опера по замыслу автора — символическое послесловие к оперному жанру. Поскольку история оперы насчитывает больше четырехсот лет, сказать что-либо принципиально новое в этом жанре Мартынов считает невозможным. А потому построил «Новую жизнь» на старом, в основном романтическом, материале. При этом «Антракт» совсем не выглядел неинтересной цитатой. Безупречная оркестровка, гибкие, простые и вместе с тем выразительные мелодические линии, разнообразие тембров, ритмов удались и Мартынову, и Гергиеву. К новому сочинению мэтра можно было бы придраться, что, мол, не случилось события, прорыва. Но именно приятная консервативность и мягкость — на фоне большинства новейших (всех как один сенсационных) сочинений — стали сенсацией сами по себе.

Во второй вечер была «Снегурочка» Римского-Корсакова. Она длилась три с половиной часа и никого не оставила равнодушным. Первое, что подумалось: это тот же оркестр, что вчера? От вчерашнего — сольного, самоуверенного симфонического звука — не осталось и следа. Певцам в очень нелегком жанре концертного исполнения помогал тонкий и тактичный аккомпанемент.

Ольга Трифонова (Снегурочка), Екатерина Семенчук (Лель) и Татьяна Бородина (Купава) моментально заставили забыть, что на сцене нет ни декораций, ни массовок, ни сказочных костюмов. Летящее, феерически легкое и одновременно насыщенное, редкой выразительности сопрано Снегурочки-Трифоновой соседствовало с темпераментным, горячим, порой надрывным голосом Купавы-Бородиной. А исполнение Екатериной Семенчук партии Леля объяснило, почему в юного пастуха влюблены сначала Снегурочка, а потом и Купава.

Нежное, теплое, глубокое меццо-сопрано Семенчук невероятным образом сочеталось с ее артистичностью. Она умудрилась безо всяких подручных средств (костюма, движения, декораций) создать удивительно ясный образ молодого, избалованного женским вниманием, а потому несколько холодного красавца. Стало понятно, почему неопытная Снегурочка просто не могла не растаять.

Кульминацией вечера стала кульминация самой оперы. Снегурочка-Трифонова со словами «Люблю и таю» и в самом деле таяла. Прямо на сцене Большого зала консерватории. Таяла, изнемогая. Голос певицы становился все более легким, летящим, высоким, почти неземным. Публика замерла. Хотелось, чтобы эта сцена, полная томной плавности, чувств и чувственности, светлого страдания, не кончалась никогда.

Видимо, чтобы встряхнуть публику, программу следующего концерта сделали гораздо менее томной. Девятая симфония Шостаковича, первый скрипичный концерт Прокофьева (в исполнении Вадима Репина) и «Весна священная» Стравинского. Большего аншлага фестиваль так и не увидел.

Вторая часть концерта, Скерцо, с этого года стала обязательной пьесой в программе конкурса Чайковского. Распространенная ошибка: воспринимать острейшую, быструю (и темпом, и настроениями) образную пьесу как виртуозную миниатюру. Репин удовлетворил спортивное любопытство публики вполне. Он играл Скерцо ярко и эффектно. Бешеным темпом совершенно ослепил публику, которая дальше, за этой вспышкой, уже не смогла ничего большего разглядеть.

На последнем концерте в Большом зале играли музыку самую что ни на есть нарядную — первый акт «Руслана и Людмилы» Глинки, Скрипичный концерт Чайковского и «Пульчинеллу» Стравинского.

Но удержать внимание зала четыре дня подряд сложно. Да и сам концерт был не лучшим. Неоправданные, неестественные темпы в Чайковском у Репина (при безупречном аккомпанементе), не слишком энергетически заряженная «Пульчинелла», уставшая публика. При этом на следующий день, на Поклонной горе, в увертюре «1812 год» Чайковского оркестр и дирижер совершенно не выглядели утомленными марафоном фестиваля. И снова безупречное качество первого концерта.

Но зато пришибленные московские амбиции воспряли на концерте в Малом зале. Три московские певицы (Татьяна Куинджи, Юлия Корпачева и Хибла Герзмава) напомнили публике о том, что хорошо поют не только в Мариинке. Три совершенно разных сопрано представили публике по небольшой камерной программе.

Куинджи почти истерично (и оттого незабываемо) спела «Кабы знала я» Чайковского, Корпачева (живо и обаятельно) — «Ты и Вы» Римского-Корсакова, Герзмава заставила зал сначала плакать на словах «Нет на Земле твоего короля. «, а потом развеселила шуточной сценкой «Болтунья» Прокофьева.

Фестиваль получился разным, неровным, интересным. Мариинка приобрела новых поклонников, а московская публика — новых кумиров.

Когда-то отчасти с целью обогнать Большой театр Гергиев поднял Мариинский так, что театр стал лучшим в стране. И обидно становится: в Москве-то нет, и долго еще не появится — и такого оркестра, и такого дирижера.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: